Неточные совпадения
Не успело воображение воспринять этот рисунок, а он уже тает и распадается, и на место его тихо воздвигся откуда-то корабль и повис на воздушной почве;
из огромной
колесницы уже сложился стан исполинской женщины; плеча еще целы, а бока уже отпали, и
вышла голова верблюда; на нее напирает и поглощает все собою ряд солдат, несущихся целым строем.
Когда красавица Пшеницына ехала в своей
колеснице — покуда скромной, четвероугольной линеечке, наподобие ящика, с порыжелыми кожаными фартуками, на сивой старой лошадке, с кривым кучером, и подле нее сидел ее миловидный сынок, — прохожие, мещане, купцы и даже городские власти низко кланялись ей. Приветливо, но свысока отвечала она на их поклоны. В приходской церкви ей отведено было почетное место; священник подавал ей первой просвиру; все с уважением сторонились, когда она
выходила из храма.
Ничего он не узнавал
из того, что привык видеть,
выходя по утрам обозревать домовитый двор своего именитого господина: всегда обыкновенно стройное хозяйство представляло теперь полный хаос. На дворе плавали скамьи, двери, запасные
колесницы и разная рухлядь, а также забитые дождем и утонувшие куры и павлины, и в числе этих разных плавающих мертвых птиц хлебодар заметил тоже утонувшего письмоносного голубя.
Действительно, смотрите, как он эффектно
выходит, или, лучше сказать, износится,
из этой тьмы; за ним ничего: ни этих пророков, которые докучали всем, бегая в своих лохмотьях и цепляясь даже за царские
колесницы, — ничего этого нет, а только тьма… тьма фантазии.
Кухарка в белом фартуке и чепчике, с корзинкой в руке,
вышла из ворот, но, увидав
колесницу, быстро вернулась во двор и выбежала оттуда с другой женщиной, и обе, не переводя дыхания, широко раскрытыми глазами проводили
колесницу до тех пор, пока могли видеть ее.
В утро казни Светлогуба он услыхал барабаны и, влезши на окно, увидал через решетку, как подвезли
колесницу и как
вышел из тюрьмы юноша с светлыми очами и вьющимися кудрями и, улыбаясь, взошел на
колесницу.
Едва мы
вышли из Трезенских врат,
Он сел на
колесницу, окруженный
Своею, как он сам, безмолвной стражей.
Так его и видишь во всех его действиях, во все часы дня: как приготовляется он благоговейно к жертвоприношению, как беседует чинно с гостем за пировою критерой, как одевается, как
выходит на площадь, как слушает старца, как поучает юношу; его дом, его
колесница, его спальня, малейшая мебель в доме, от подвижных столов до ременной задвижки у дверей, — все перед глазами, еще свежее, чем в отрытой
из земли Помпее.